Пальмира
Величье? Слава? Блеск? Что слышу я, мой бог!
И кто произнести кощунства эти мог?
Убийца, лицемер бесчестный и кровавый,
Ты смеешь соблазнять меня нечистой славой?
Вот он — наш праведник! Вот он, пророк святой,
Учитель, вождь и царь, безмерно чтимый мной!
Чудовище, палач, к делам привыкший темным,
Сеида сделал ты убийцей вероломным!
Ты сына вынудил пронзить отцову грудь,
А после и на дочь задумал посягнуть?
Но не ликуй, злодей! Сегодня с лжепророка
Покровы сорваны. Возмездье недалеко.
Ты слышишь рев толпы? То поднялся народ.
Тень моего отца на бой его зовет.
Народный гнев могуч, и он — моя защита.
А мерзость дел твоих отныне всем открыта.
О, если б на куски я разорвать могла
Тебя и весь твой род, чтоб кровь рекой текла!
О, если б Азия, и Мекка, и Медина,
Восстав, жестокого низвергли господина,
И грубой силою порабощенный мир,
Стряхнув позор цепей, разбил былой кумир!
Твой бог, пособник лжи, бесчинств и преступлений,
Пусть станет пугалом для новых поколений!
Пускай кромешный ад, которым ты грозил
Любому, кто тебе хоть словом возразил,
Поглотит лишь тебя, чтоб в жизни той, загробной,
Ты вечно мучился, людей мучитель злобный!
Вот клятвы нежности, что я тебе даю
В знак благодарности за доброту твою!
Магомет
Я вижу, что меня подстерегла измена.
Но покориться мне должны вы непременно!
Моя душа полна…
Магомет, Пальмира, Омар, Али, свита.
Омар
Наш заговор раскрыт!
Пред смертью выдать нас врагам успел Герсид.
Народ волнуется; он взял тюрьму в осаду;
Толпа разрушила тюремную ограду,
Как знамя, на руках Зопира труп неся.
В негодовании весь город поднялся.
Сеид возглавил бунт. Он призывает рьяно
Отмстить за кровь отца и истребить тирана.
Он полон сил еще, и дышит местью он,
Неистово клянет тебя и твой закон.
«Я погубил отца! — кричит он в исступленье. —
Но это не мое, пророка преступленье!»
Восставшие к дворцу бегут, рассвирепев,
И скоро на тебя обрушится их гнев.
А те, кто был готов принять Ислам навеки
И войску твоему открыть ворота Мекки,
Стихийной яростью теперь опьянены,
Схватились за мечи и требуют войны.
Послушный, робкий люд стал грозною лавиной.
Пальмира
О небо, сделай так, чтоб победил невинный!
Злодеев покарай!
Магомет (Омару)
Ты струсил?
Омар
При тебе
Я состою давно. Вся жизнь моя — в борьбе.
Пока мы живы, враг не сломит оборону,
Но вихрь летит, грозя нам, и тебе, и трону…
Магомет
Сам защищу я вас, себя и трон, как встарь.
Не бойся, скоро ты поймешь, каков ваш царь.
Магомет, Омар и их свита — с одной стороны; Сеид и народ — с другой; Пальмира — посредине.
Сеид (с мечом в руке, но уже слабеющий под действием яда)
Вот он, злодей! Мечи без страха поднимайте!
Магомет
Назад, рабы! Я — царь! Молчите и внимайте!
Сеид
...
Не слушайте его! Разите! Он ваш враг!
Но почему глаза мне застилает мрак?
Увы! Слабею я…
(Делает шаг вперед и шатается.)
Магомет
Смотрите!
Пальмира (бежит к нему)
Брат мой милый!
Ужель убить его тебе не хватит силы?
Сеид
...
Я с этим шел сюда… Но вдруг я изнемог…
(Падает на руки своих сторонников.)
Магомет
Глупец! Он на меня посмел поднять клинок!
Ну, падайте же ниц, защитники Зопира!
Я всем вам покажу, что я владыка мира,
Что волю вышних сил один лишь я постиг,
А кто сомнение допустит хоть на миг,
В своем невежестве, постыдном и убогом, —
Идет на смерть, вступив в единоборство с богом.
Все судьбы я вершу. Так знайте наперед,
Что тот из нас двоих, кто виноват, — умрет.
В моем могуществе вы убедитесь скоро.
Пальмира
О брат! Мне не снести подобного позора!
Мы не отомщены. Палач еще силен.
Народ пред ним дрожит, запуган, ослеплен,
И даже ты не смог…
Сеид (на руках своих сторонников)
Прости бессилье брату!
Наказан богом я за службу супостату,
Но сердцем честен был и жаждал лишь добра…
Разбойник, трепещи! Еще придет пора!
Коль бог казнит того, кто грех свершил под гнетом,
Какую ж молнию в творца злодейств метнет он!
Прощай, сестра, и пусть тебя судьба хранит!
Пальмира
Не верьте, люди, нет! Не бог его казнит!
От яда гибнет он!
Магомет (прервав ее и обращаясь к народу)